Кто такие «Лизуны». Как умные мужчины избавились от конкурентов за женщин создав МД движение.


Как Новоселов развел всех.
Многие слышали хотя бы краем уха о так называемых Мужских Движениях(МД), которые сформировались на книгах Новоселова.
Суть учения и идеологии МДшников в том, что баба не до человек, и стоит ниже чем мужчина, и мозги у нее таким образом устроены, что сама думать она не способна и за нее это должен делать мужчина. Поэтому, правильная женщина должна поклонятся мужчине как богу и служить ему, а за это ее господин мужчина будет, так уж и быть, принимать за нее все решения. Куда ей идти, что делать, где работать, как одеваться, и главное распоряжаться ее деньгами. Если женщина этого не хочет делать, то МДшник просто отказывается от общения с такой женщиной и ищет правильную.
Тех мужчин, которые не придерживаются данной идеологии и хотят нормальную любящую семью и отношений называют «Лизунами».
Кто-то скажет, ну и пусть, пускай и дальше мальчики живут в своем выдуманном мире, ждут правильную женщину и онанируют на Новоселова. В чем подвох?
А подвох вот в этой таблице:

Как видим, сейчас женщин до 30 гораздо меньше чем мужчин, до 40 уже идет выравнивание, но не значительное. Женщин становиться на много больше чем мужчин, уже только в том возрасте, когда мужчины интересуют их сугубо в виде внуков.
То есть женщины могут фактически копаться и перебирать мужчинами как хотят ни под кого не подстраиваясь. Потому что их и так больше чем их.
Если раньше в Росиии, после ВОВ в 1945, количество мужчин резко сократилось, и мужчина стал ценен сам по себе, просто от того что он мужчина. В послевоенные годы брали любых—косых, кривых, безработных, инвалидов. Женщины соглашались просто на зачатие без обязательств. Сейчас же все изменилось. Теперь для мужчин наступили тяжелые времена и дикая конкуренция за женщин. Теперь такая же ситуация наступила для мужчин, теперь им приходиться брать что дают, и чтобы совсем не остаться без женщин соглашаться на любых.
Но как же сделать так, чтобы можно было опять выбирать женщин и снизить конкуренцию? Выход был найден—искусственно понизить количество конкурентов.
То есть вбросить в общество идеи, приняв которые, большой процент мужчин откажется от конкуренции за женщин, или сделает себя не конкурентноспособными.
Что собственно и произошло.
Теперь большая часть мужчин добровольно отказалась от женщин и обиженно глотает слезки, смотрит на мир маленькими обиженными глазками, и ждет идеальную женщину.
А вторая, умная часть выбирает из оставшихся женщин.
А что вы думаете по этому поводу?

Лизуны — народ особый, и, к слову, очень многочисленный. У них у всех есть общая черта. Лизуны — мужчины вдохновлённые. Ну как же тут не быть по жизни вдохновлённым, если ты — гурман. Ну, то есть, всегда перед глазами эклерчики и сахарные кольца. Мммм, нямка, да.
Они, любители десертов, частенько поначалу чуть смущены, но в глазах у них ясно читается, что им не терпится добраться…
Лизуны безобидны. Всего-то надо им, чтоб открывался перед глазами хороший вид, и тогда уж они забывают обо всём на свете.
Да им и женщину-то целиком не нужно, по большому счёту.
Невысокий лысоватый мужичок, лет сорока пяти, улыбчивый, смущенный, рассчитался, осмотрелся и прошёл. “Гурман” — почему-то вдруг интуитивно определила я.
-Кофе? — спросила приветливо.
-Ага, — отозвался он, неловко садясь в моё кресло, — неплохо у тебя.
Через пять минут мы мило болтали и понемногу его скованность ушла.
-Ой, — как-то суетливо вдруг начал он спустя ещё пять минут, — я сказать хочу… это… я люблю, когда, ну чтоб орально… вот. У тебя ж есть презервативы для этого дела? С женой-то я так мог, а тут.. сама понимаешь…
-Милый, орально так орально, конечно же, — не поняла я сразу, — и презервативы какие хочешь. И даже фруктовые! Ну, это они больше для меня фруктовые, тебе-то неважно.
-Нет, ты не поняла… не для тебя, — жутко смутился он, и вдруг решился, — ну, чтоб не ты мне, а я — тебе. Я хочу тебе доставить удовольствие. Презерватив нужен, ну такой, особый, для этого дела.
-В каком смысле? — вытаращилась я
-Ну, я люблю языком, только… ну, ты ж сама понимаешь, я так просто не могу, я тебя не знаю, ну и… мне нужен этот, презик… такой, специальный… для этого всего. Ну, чтоб я тебе мог удовольствие доставить, — он терялся и мямлил.
-Ах, специааальный! И на что ты его наденешь? — я решила зайти издалека.
-Ну как на что, на язык… — неуверенно заключил он.
-На эрегированный? — уточнила я с невинными глазами.
-Как же так? — разочарованно спрашивал он пять минут спустя, когда я почти уже донесла до него всю абсурдность столь странного девайса. — Я слышал, что есть такие, я думал, у девочек такое точно должно быть. Я просто первый раз так иду, я ж не знал…
-Милый, — терпеливо уточнила я , — ты их сам-то видел, ну хоть когда-нибудь? В руках, может, держал?
-Ну нет, — неохотно согласился он, и растерянно продолжил, — а как же я тогда буду? Я же так не могу, чтоб, ну… чтоб совсем без этого… я ж хочу…
-Ну извини, — прервала я его, — чего нет — того нет. Могу дать обычный, если хочешь. Только, боюсь, неудобно ж будет, зубами зажимать… А нет — так придется заняться чем-то другим..
И улыбнулась максимально обольстительно.
Он, видимо, представил себе этот процесс и сразу как-то сник.
Через десять минут, после душа, он сел на кровать. Я ждала его полулёжа, облокотившись на руку, согнув одну ножку в колене и демонстрируя новое прозрачное бельё за две пятьсот по скидке.
-Ну дай я хотя бы посмотрю на тебя…- он аккуратно стянул мои трусики, подтянул подушку, запихнул её мне под пятую точку, развел ноги, устроился и всмотрелся в глубины.
-Ммм…. — протянул он с сильным сожалением, как на конфетку, которую нельзя, но ооочень хочется, — мммм…
-А ты здоровенькая? — вдруг почему-то спросил он. В нем явно боролись желания.
-Ничего не болит, — съязвила я.
-Я не об этом, — он посерьезнел, — ты там как? Все нормально?
-Нормально, — закивала я.
-А справка есть? — уточнил он.
-Милый, — я отбивалась с легким сарказмом, — извини, милый, я к врачу для себя хожу, справки как-то не беру…
-Ну как же так, — горестно протянул он, — о таких вещах надо думать. Вот я бы сейчас убедился, что все в порядке, и сделал бы тебе хорошо…
-Послушай, дорогой, — мне начало надоедать, — а давай лучше я тебе хорошо сделаю, ладно? И справок не нужно, и презики такие есть.
И начала я выползать из-под него.
-Подожди, — остановил он меня, хватаясь за мою ногу, как за последний шанс лизнуть, — а может, мы что-то придумаем? Ну ты ж опытная, должна знать какие-то способы, чтоб безопасно…
Полизать ему хотелось, видимо, не человечески. Но осознание того, что я, всё же, не только его, а кругом стреляют, из последних сил удерживало его от столь опрометчивого шага.
-Ну раз надо безопасно, — как-то истерически вдруг выпалила я, ибо он меня достал, — может, пищевую плёнку дать?
Я пошутила. Клянусь, я пошутила.
Оказалось, шутила в этом доме я одна.
-А есть? — вдруг загорелся он идеей.
-Есть, — серьёзно подтвердила я, пытаясь сохранить лицо.
-Дашь? — он посмотрел с надеждой.
-Ща, — совершенно ровно ответила я, — пусти, а?
И, видя, что он не очень понимает, зачем, уточнила:
-На кухню схожу.
На кухне меня расплющило в хлам, и, в поисках пленки гремя дверцами шкафов, я надеялась, что он не услышит мои тщательно сдерживаемые повизгивания.
Очевидно, меня не было чуть дольше, чем следовало, потому что он вдруг окликнул меня:
-Не нашла?
-Сейчас, милый! — я собрала волю в охапку. — Есть целлофановый пакетик, подойдет?
Фольгу я предлагать поопасалась.
И дело было вовсе и не в нем. Просто мне вдруг стало понятно, что если я скажу вслух это слово, то истерику, которая со мной приключится, вряд ли можно будет заглушить звуком шкафчиковых дверок.
Но когда из комнаты долетел вопрос-сомнение:
-…пакетик толстый?
…у меня потекли слёзы.
В комнату я вернулась спустя минуты две, с сильно покрасневшим лицом.
В руках у меня был рулончик стрейч-пленки.
Его лицо почти что озарилось счастьем.
-Ну ложись, как была, — он потянул рулончик у меня из рук и, пока я принимала позу, устроился где-то в ногах.
-Подушку под попу подложи, — деловито приказал он, пытаясь найти пальцем залипший край пленки.
Я легла и раскинула ноги, пытаясь подсмотреть.
Пленка от рулончика отматываться категорически не хотела. Она прилипала и путалась. Лизун-изобретатель вспотел и сосредоточился.
-Давай помогу, — я напряглась и потянулась к нему. Если бы я полежала без действий еще полминуты, просто наблюдая за всем этим, подозреваю, меня можно было бы транспортировать в Кащенко прямо с постели.
Я забрала рулончик, старательно ногтем поддела край и аккуратно, на приколе, отмотала лоскут сантиметров тридцати.
Он наблюдал за целлофанкой, прямо скажем, с вожделением.
-Рррр, — он вдруг потянулся к рулончику в моих руках, выдернул его и с характерным звуком рванул пленку зубами, взглядом змия-обольстителя глядя на меня. Очевидно, это “рррр” должно было символизировать порывы охватившей его страсти.
-Оооо! — восхищенно выдохнула я, стараясь не смотреть на прозрачный лоскут, налипший на его зубах и свисающий с губы. — Ооооо!
Это было выше моих сил и я откинулась назад, старательно маскируя истерику под стоны внезапно нахлынувшей страсти.
Я не буду рассказывать, как он мне ладил эту штучку дрожащими от нетерпения руками. Уверяю, мне было морально непросто. Никогда ещё я не была такой актрисой.
Он залепил меня всю ею — от низа живота и почти что до копчика. Он старательно растягивал её на внутренние части бедер и приглаживал руками ко всем тем выпуклостям, что находились меду ними.
Я чувствовала себя бутербродом, собираемым заботливой рукой хозяюшки.
При мысли “зато не обветрюсь”, невесть откуда проскочившей в моей голове, меня разбило на кусочки.
…И дальше мне было кино. Он, подрагивая от нетерпения, нежно облизал целлофанку, раз, два, еще, еще, как-то странно замычал и вошел в раж. О, как же он ее любил!
О как же я старательно стонала!
Он придерживал пленку руками у бедер, он подтягивал сбившийся край мне снова к животу, и лизал, лизал, лизал…. меня, как чупа-чупс в обертке.
Минут через семь меня попустило и я на полном серьезе изобразила ему пик конвульсивной страсти. Он восхищенно осмотрел мое тело и я поняла: он доволен собой.
Пора мне было приниматься за работу.
Я высвободилась из обхвата, сбросила подушку на пол, деловито сняла с себя налипший мокрый лоскуток, положила мужичка на спину и сделала то, что мне делать давно не впервой.
Он уходил спокойный и довольный. Смотрел на меня нежно, в коридоре погладил по груди, и уже почти в дверях обернулся и гордо-снисходительно сказал:
-Вот видишь, если захотеть…
Через пять минут я набирала Лизкин номер. По-моему, я сделала ей вечер…
( С) ТаНюша, из месТных
Асмара, Эритрея, 45 лет, Телец

Почитав отзывы от моралистов, которые не уважают жесткие поебушки, да и при миньете похоже настолько культурные, что у них хер девушка вилкой берет, скажу им так – проблевался – не читай, у нас в Челябинске всегда была своя атмосфера. Посмотрел бы я куда вы со своей моралью делись, когда мы ломпасниками гоняли ЧТЗовских пиздить в 86-м (ну или они нас, это уж как повезет). Так что, чтобы говницо не кипело – не читайте мой олдскул, я то отрываюсь – молодость вспоминаю.
Вспоминая 90-е годы, нельзя не вспомнить про моего кореша Пашгана который в те лихие годы сначала барижил на Искре запчастями с разобранных в ближайших гаражах машин, а потом насобирав денег, арендовал бокс и решил открыть автосервис с креативным именем «У Павла». Думая где подешевле сделать вывеску , он ничего лучшего не придумал, как спиздить с другого автосервиса в противоположном конце города. Операция «ебани фанерку», завершилась на отличненько, а поскольку моя тачила активно участвовала в этой операции, (когда я рулил, парни руками держали, вывеску на крыше, чтобы она не пизданулась на впередиидущие тачки), естественно я был приглашен на проставочный бухач за открытие автосервиса.
Что такое пьянка в автосервисе, думаю ты знаешь – начинается все одинаково – ебнули по-первой-третьей, покурили и начинается неспешный разговор – «да я бля свою шестеру протачил, теперь вообще с места аудюху бочку рвет», «шелб ты нахуй пиздабол, ты еще скажи мое зубило он порвет»….Обязательно этот мудак идет садится в свою тачилу и начинает как ошпаренный в половую пипиську олень, газовать своими расточенными головками мать их ебсти.
Самое интересное начинается, после шестой-седьмой рюмахи…начинаются восопминания, кто кого как ебал и в каких позах, тут поверь мне фантазия становится безграничной… вспоминаются все случаи, которые когда либо слышались от корешей, приплетается свое, и самое главное не сболтнуть в порыве страсти, что ты во время ебли в пилотку ныронуть смог, иначе кликуха «водолаз-пиздолиз» обеспечена тебе на долгое время. Ну собственно свои истории я пишу по тому же принципу, однако признаюсь грешен, нырки в кожанную безну бывалис, попускать пузырьки из пиздячной смазки ништякс иногда…ну а че, время сейчас другое можно признаться, из той компании двое вообще оказались потом заднеприводные, друг другу флейты шлифовали (тфу, блять какая гадость бу-э-э-э), ладно, то, что было дальше не имеет к этому отношения.
Короче часа через два когда все нахуярились до состояния «я — Робин Гуд и мне все похуй» и пойдемте пиздить соседей, от хозяина вечеринки поступило предложение – а не затащить ли нам на праздник баб…все как понимаешь были не против отведать парной пиздятинки, похлебать ее так сказать кожанной ложкой, а то глядишь кому и запасной аэродром удастся опылить…
Понятно, что телефонов тогда не было, а идти синими в таксопарк и заплетающимся языком вызванивать подружек, было такой же сложностью, как защеканить жирафа без лестницы. Решено было прыгнуть малым составом в расточенную шестерку и ехать на Мередиан воровать шлюх. Тут надо сделать отступление – через Челябинск насквозь проходит грузовая дорога Меридиан, и как раз в районе авторынка Искра, был пятачок, где стояли продавщицы пиздятенки. По старой традиции, мы с выключенными фарами подкрались с тыла пятачка, и дождавшись когда трое шлюхандр стартанули в кусты побрызгать желтенькой, схватили их за гриву и закинули в машину, после чего со шлифами уехали обратно на авторынок. Нас никто не приследовал, потому как блядский пятак был диким без сутенеров и к такому воровству телки были привычны.
Привезли, посадили за стол, дали специальную «блядскую посуду», которую потом всегда выкидывали. Налили выпить, девки расслабились, девкам всяко лучше, чем вафлить какому-нибудь Камазисту немытую неделями письку в кабине, в тепле побухать.
Короче поели, попили, пора и шмоньку оголять…Уже чуток протрезвевший Паша, заставил девок раздеться и встать в угол петь песню «Самые лучший тачки» хором, иначе он им балоником нос к хуям сломает. Вот стоит этот хор и поет песенку…тут произошло то, что я не видел до этого не разу – со словами, — «не буду драть грязные пилотки», он достал бывший тогда еще в диковинку Керхер и начал поливать девок струей воды…Сколько было визгу – не передать, но в итоге они приняли душ. Паша им по доброте выделил даже половину куска турецкого мыла FAX. Одев для верности сразу два гондона, Паша затащил в коморку одну из продавщиц кожанных радостей татарочку Раю…самую нестрашную. Остальных двух страшных как анальная дыра сколопендры, забрали в шестерку два брата-Коцупы, малолетние прыщавые хохлы, подрабатывавшие в соседней малярке, котырые однажды по слухам засунули даже в песочную щель вахтерше автопарка Марине Степановне, старой алкоголичке, которая еще в пятидесятых шлифовала таксистские хуи за стакан водяры.
А мы с остатком нашей джаз-банды сидели и бухали дальше, ожидая своей очереди на бесплатную раздачу женских писек. Тут с криком, «да сука лучше убейте меня», из Пашиной коморки выбегает Рая, задевает жбаном за висевший кран подъемника и падает посреди мастерской без сознания…Выбежал за ней и Паша волоча за собой на ноге семейки в горошек, с следами выстиранного пердежа крича – «А ну иди сюда сука, я не закончил». Подняли мы Раю и положили на багажник разобранной здесь же копейки, а пока расспросили у Паши, что же там такого случилось…
Оказалось Паша присев на диван, заставил Раю для начала процесса полирнуть своего сизого малыша губами, в процессе ебаротства вспомнил кадр из посмотренного им недавно на видике порнофильма. И театрально задрав ноги, схватил за волосы шалаву, направил снайперским рывком ротовое отверстие телки себе в жопную дыру. Та, от неожиданности, подавившись срачными волосами с остатками крошек от Пашиного пердежа, сначала резко укусила Пашу за говнорезное кольцо, а потом так же резко стартанула на выход, где ей в жбан и прилетел висевший кран подъемника.
Паша успокоился и чеша укушенное очко, решил больше в тот вечер не эксперементировать, а Раю, мы как пострадавшую отпустили, после пары миньетов. Братья Коцупы, жарили страшил до самого утра, а я в тот день впервые записал в Своей книжке «Рая-лизун, стоит на пятаке у Меридиана…»
© Собакаакаака

Кто такие лизуны

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *